Ненавидеть младшую сестру

від | Тра 20, 2020 | Дівчина говорить, Сім'я

Мне без недели пять, вся семья строит планы на мой первый почти юбилей… Но маму забирают в больницу.
Меня, конечно, предупреждали. Я даже имя помогала выбирать. Но что мама уедет в роддом на мой день рождения — мы так не договаривались!
Сестра родилась на два дня раньше меня — 22 октября. Мы с папой ходили махать малышке в больничное окно. Есть счастливые фото: я в осенних листьях у окна палаты, из которого мама показывает нам сверток, наглухо замотанный в белые пеленки.
В день рождения я плакала: мама не вернулась, бабушка не справлялась с готовкой на всю ораву гостей. Приглашенные родственники говорили только о том, как же мне повезло, что теперь у меня есть сестричка. Первый удар.
Когда мама вернулась, проводила все время с малышкой. Искупать, накормить, укачать, повторить. Какие там сказки на ночь! Я не засыпала допоздна. Лежала и ждала, что мама уложит сестру и придет ко мне. Где там!
Сейчас я слушаю умные подкасты и знаю, что для ребенка быть нарциссом и пытаться присвоить маму целиком — нормальное состояние. А в детстве я была жадиной и эгоисткой, которая совсем не думает о младшей сестре. Мама, папа и бабушка напоминали мне об этом три-четыре раза в день.
Когда сестра научилась ползать и хватать, стала уничтожать мои вещи: рвать книги, откручивать куклам головы. На все протесты «Я не дам, это мои игрушки» прилетало родительское: «Не будь жадиной. Она же маленькая, пусть поиграет». Мам, да не была я жадиной! Она ведь правда сломала шею одной из двух моих барби, а вторую обрисовала фломастером.
Сестричке исполнилось четыре года, из манежа она переехала жить со мной в одну комнату. За бардак отвечает она, а за порядок — я. «Кать, помоги Лизе собрать игрушки, ты же старше». И застелить постель. И пыль, и одежда, выпавшая из шкафа, – теперь моя личная ответственность.
В свои пять она весит столько же, сколько я в 10. Тут-то мы и начали по-настоящему делить территорию: драки, синяки, вырванные волосы — ежедневная рутина. Не помню, чтобы я когда-нибудь испытывала такую же ярость, как в тех детских драках.
Мы всегда держались до последнего, пока кто-нибудь не сдастся и не позовет маму. Позвать родителей — значило проиграть первый раунд. Второй раунд — доказать, что больше виновата не ты. Градация вины по маме: я всегда «виноватее», потому что старше. Дополнительные очки можно было заработать, если я начинала драку первая или провоцировала малышку. Бедная-бедная детка!
Она научилась мстить исподтишка: прятать мой телефон, наушники, любимую футболку.
— Маааам, она украла мой телефон!
— Пойди скажи, пусть отдаст.
— Она не отдает. И не говорит, где он.
— Значит подожди, пусть перебесится.
— Ну поругай ее, так же нельзя!
— Она твоя сестра, ты сама должна ее воспитывать.
После таких разговоров все воспитание у меня сводилось к 3 шагам:
1. Вежливо попросить сестру вернуть мои вещи
2. Попросить еще раз
3. Прижать ее к полу так, чтобы она позвала родителей.
Малышка росла и, кроме той моей одежды, что уже перешла ей по наследству, она хотела и ту, которую еще носила я. И мои подростковые детективы, журнал «Юная леди» и блеск для губ. Еще музыку и фильмы, которые я специально смотрела в наушниках.
Я не хотела быть ей примером для подражания и сильнее прятала все свое: отворачивала монитор к стене, чистила историю браузера, засовывала журналы за шкаф. Действие рождает противодействие. Малышка лезла в смс на моем розовеньком слайдере, в мою неразлогиненную страницу «ВКонтакте». Хуже было, когда при маме она спрашивала: «А что это за Данил тебе пишет?»
Мы снова дрались, виноватой по всем статьям была я.
Делили полки в шкафу, шоколадки в холодильнике и внимание родителей. Это был самый негуманный способ растить детей: превращать весь наш мир в поле соревнования. Никаких правил и уступок — разбирайтесь сами или будете наказаны. Хотя как можно было научить нас быть заодно в семье, где никто заодно не был?
Последняя драка произошла, когда я уже уехала в Киев учиться. Месяц в общаге, полное непонимание, как справляться с универом, людьми, городом и месячным бюджетом. Я приехала домой, а в моей комнате нет ничего моего: все вещи разложены по коробкам и спрятаны в шкаф. Прошло четыре недели, а она забрала себе все: дом, родителей и мой старый свитер.
Ярость, драка. Я держу ее за волосы, она кричит. Первая победа. Второй раунд тоже остался за мной: «Мам, я что здесь больше не живу?» и слезы – кто уже меня будет ругать.
Но как только нам стало нечего делить, мы поняли, сколько у нас общего: шутки, сериалы, обиды на родителей. Я позвала ее в гости на несколько дней, потом еще раз. Помогала определиться с универом и специальностью, свозила в Польшу на каникулы. Мы вместе выбирали выпускное платье и селились в общежитие.
Когда сестра тоже переехала в Киев, у нас появились семейные дни: утро субботы или воскресенья, выпуск «Топ-модель по-украински», чипсы и сидр. Мы вместе устраиваем рейды по секонд-хендам и празднуем день рождения — один на двоих. Я не боюсь быть для нее примером для подражания. Наоборот радуюсь, когда она просит у меня совета.
Малышка выросла что надо: закончила музыкалку, которую я не осилила. Еще в школе объехала Карпаты, Харьков и Одессу, автостопила и организовала пятидневный палаточный лагерь на 50 человек — как я смогла только в 19.
Из-за карантина мы не виделись уже пару месяцев, но освоили видеозвонки. Я показываю ей кота, а она мне младшего братишку — нас теперь трое в семье. С ним нам было нечего делить — только делиться самим. Заботой, любовью и старыми игрушками. Пусть он даже обрисует всех кукол фломастером.

Читайте нас в Telegram-каналі, у Facebook та Instagram

Ми залишаємося незалежним та чесним жіночим виданням вже 7 років. На відміну від багатьох жіночих сайтів ми прагнемо відверто говорити про жінок та надати платформу для різноманітних голосів, які розповідають про справжнє життя, реальні проблеми жінок, їхні потреби, страхи, надії, про їхній досвід, успіх та досягнення. Кожна з нас заслуговує бути почутою. Кожна з нас може бути прикладом та натхненням для інших. Кожен, великий чи невеликий, внесок неймовірно цінний — він має важливе значення для захисту нашої редакторської незалежності та існування цього проєкту. Підтримайте The Devochki — від 50 гривень. Дякуємо!