Декабрь, улица Сагайдачного, под ногами – фирменная киевская снегогрязь. К столбам привязаны живые сосны – коммунальные службы постарались с новогодними декорациями. В баре нет мест, мы с подружками минут 15 курим, топчемся у порога и идем искать другой. Во мне закипает раздражение, похожее на хронический насморк, – вроде и бесит, но привычно шмыгаешь носом. Состояние местных и давно приехавших жителей.

Обсуждаем работу и приближающиеся праздники. Сырой, тающий воздух давит на виски, в окнах кафе мигают лампочки. Подруга останавливает меня на перекрестке перед пешеходной зоной и выдыхает: «Как же я люблю Киев. Как мечтаю однажды сюда переехать».

Я замираю.

Я родилась и выросла в трех километрах от черты города, поэтому ты никогда не был для меня чем-то особенным. Летние выходные проходили в Гидропарке или в зоопарке, перед началом учебного года мы покупали одежду на Троещинском рынке и ездили на (тогда еще) Петровку за канцтоварами. С первого курса ты стал понятен и очевиден, о любви не могло быть и речи. Какая любовь – привычка, будни. Маршрутка – метро, парк Шевченко на большой перемене и соседние дворы на Владимирской после пар. Хот-доги по 2,50 с кетчупом, горчицей, капустой и не нужно майонеза. Первые «фирменные» кофточки в «Терранове» на Крещатике. Первый взрослый кофе в «Шоколаднице» и скидки на дневные сеансы в кино для студентов.

Я захожу в пустой вагон на “Академгородке”, достаю Карпу – читать до центра. Бегу вверх по эскалатору, чтобы успеть на пары. Выхожу в майский ботсад и останавливаюсь. Звоню одногруппнице, и пары отменяются – у нас есть дела поважнее. Купить пирожок в метро, запить кофе «три в одном», снять видео на двухмегапиксельную камеру, чтобы потом не выложить никуда.

Проходит 15 лет.

Я пытаюсь залезть в переполненный вагон на “Дарнице”, разворачиваюсь и еду две остановки до конечной, чтобы просто зайти. Через полчаса толчеи и духоты выбегаю на пыльный Подол. Умею обгонять людей, чтобы не задеть и не извиняться. Отворачиваюсь от промоутеров с их листовками. Заскакиваю за кофе, параллельно проверяя рабочую почту. Билборды, киоски, машины, разбитые дороги. Усталость.

Мои друзья приехали к тебе и остались. Некоторые – вернулись домой или сменили страну. Восторг от столицы сменился раздражением, если не сказать ненавистью. Знакомые из разных городов делятся этой ненавистью, презрением, сочувствием. «Не сложилось у меня с Киевом, как вы там живете, непонятно». Ты им непонятен, слышишь?

В каждом твоем районе – бизнес-центр, где однажды была на собеседовании или на встрече. Летние террасы, парки, дворы. На углу Шота Руставели и Рогнединской так часто меняются магазины и рестораны, что ты и сам не помнишь, какой здесь сейчас.

Я никогда не понимала, зачем они к тебе приезжают. Мне не нужно было ехать – я всегда была с тобой, хотя ты и не всегда замечал меня. Но я знала, от чего они бегут.

Бегут от бесконечных пробок и уродливых балконов в центре. От космических цен на аренду и переоцененных заведений. От скорости и расстояний. От неудачной застройки, неработающих коммунальщиков, карманных воришек и районных пацанов. Бегут от духоты в трамваях, очередей в супермаркетах, подъемов в 6 утра ради работы. От того, что нигде не скрыться, – повсюду друзья, знакомые, коллеги. За соседним столиком – гинеколог, в очереди – бывший шеф. На перекрестке пытаешься не встретиться взглядами с неудавшейся любовью. В кино встречаешь друга, с которым два года в ссоре и нужно как-то поздороваться.

Бегут от шума, запахов, масштаба, перегруженности и неизвестности. От непричастности ко всему этому, от бесконечных разговоров о деньгах и от присутствия денег везде. От одноклассников и одногруппников, которые уже, а ты все еще не. От мест, где было хорошо и не стало снова.

В начале мая городская жизнь замедляется. Тогда я обуваю сандали и выхожу гулять. Всегда одна, всегда – пешком. Во дворах – цветники вперемешку с машинами и ямами, вдоль дорог – любимые и «никогда-не-зайду-сюда» кафе. Из окон старых твоих домов, которые давно пора снести, слышатся скандалы и споры. Рядом – высотки с подземным паркингом. Я никогда не понимала, зачем едут к тебе. Но я знаю, ради чего остаются.

Остаются ради апероля на летней террасе. Ради следа от теплохода по Днепру и разрушенного моста на Рыбальский, где собираются все с мая по октябрь. Остаются ради бесконечных фестивалей на выходных и кинотеатра почти под домом в каждом районе. Ради гастролей любимых групп, открытия новых магазинов и друзей, которые затевают кофейню или маникюрный салон.

Ради того, что каждого знакомого и близкого можно встретить в банке, в торговом центре, в подземном переходе, просто на улице. Встретить, обнять, выпить кофе навынос, внезапно разговориться и остаться надолго.

Ради тети, которая давно уехала и каждый май просит выслать фото каштанов. Ради уличных музыкантов, ради скорости, масштабов и все равно – спокойствия.

Я пишу тебе с декабря и удаляю строки. Казалось – ты такой большой для меня. Настолько большой, что я не вправе писать о тебе, говорить с тобой. Ты такой разный – я не знаю всех историй твоих жителей и гостей, не вижу тебя со всех сторон.

Ты и огромен, и тесен мне, давишь воспоминаниями и обещаниями. Я, прости, сбежала, пока ты был занят своими майскими делами.

Я, конечно, вернусь однажды. Но хочется, чтобы вернулись все, кто однажды уехал.

Мы встретимся на Почтовой, будем гулять до утра по набережной и обсуждать городские сплетни. Тогда исчезнет вся наружная реклама и дороги станут ровными. Бабушки у метро продадут ландыши и уйдут к своим подругам пить чай. Закроются бесконечные ломбарды и лотереи, а вместо них наши друзья откроют рестораны с большими террасами, которые не будут мешать прохожим. Там будут наливать вино и лимонад, рассаживать гостей с собаками и детьми и слушать музыку.

Вдруг приедут все, кто сменил тебя на другие города и страны. Вернутся те, кто был друг на друга обижен. И ты их простишь, конечно, и они друг друга простят.

Мы будем смеяться над общими шутками и фотографировать без вспышки. И будет воздух после грозы, и сирень. И мы, конечно, обнимемся. И поздравим друг друга с твоим днем рождения. Пообещаем остаться здесь на лето и, может быть, навсегда.

Читайте нас в Telegram-каналі, у Facebook та Instagram

Ми залишаємося незалежним та чесним жіночим виданням вже 7 років. На відміну від багатьох жіночих сайтів ми прагнемо відверто говорити про жінок та надати платформу для різноманітних голосів, які розповідають про справжнє життя, реальні проблеми жінок, їхні потреби, страхи, надії, про їхній досвід, успіх та досягнення. Кожна з нас заслуговує бути почутою. Кожна з нас може бути прикладом та натхненням для інших. Кожен, великий чи невеликий, внесок неймовірно цінний — він має важливе значення для захисту нашої редакторської незалежності та існування цього проєкту. Підтримайте The Devochki — від 50 гривень. Дякуємо!