Накрась ресницы губной помадой

від | Кві 2, 2019 | Дівчина говорить

Я стою в холодном коридоре универа, курс второй. На мне мамино пальто с мехом песца (здесь редко бывает тепло). На подоконнике – черная блестящая сумка, в которую мог бы влезть запас одежды на неделю. Но там конспекты, пакет круассанов на обед, йогурт и косметичка. В косметичке все остальное. Достаю тушь и подкрашиваю уже слипшиеся от нескольких слоев ресницы. Одногруппница задумчиво наблюдает, у меня дергается рука, и черное пятно отпечатывается на веке. “Ну что ты делаешь, я не могу так краситься”, – причитаю. “Я просто люблю смотреть, как кто-то красится”, – отвечает она.

Я давно не видела, как кто-то красится. Раньше макияж был повсюду. Увещевания мамы накрасить губы, даже когда выносишь мусор. Напоминания в журналах, что в обществе без косметики неприлично. Нижние ресницы длиннее верхних, первые голубые тени и розовая помада, первый каталог Avon и тушь Maybelline. Все в восторге от тебя. А ты – от стипендии, которую можно тратить на косметику.

“Она хорошая, классная, – говорила о школьной подруге одногруппницам, – но она не красится”. “Как не красится? – спрашивали девочки. – Вообще что-ли? И ресницы?” – “Не-а. Может на праздники”.

Макияж был и радостью, и повинностью, необходимостью. Сначала на декоративку спускалась вся стипендия, потом – половина зарплаты. Это был единственный и относительно недорогой способ стать красивой. Да и в понятие красота вкладывались немного другие смыслы.

Когда-то на третьем курсе мы отмечали “экватор”. Я приехала домой после пар и четыре часа собиралась на этот праздник жизни. Волосы на бигуди, несколько слоев тонального и пудры, тщательно прорисованные глаза и губы. Подруга собиралась дольше, и еще час я ждала ее на остановке.

Раз в год приезжала двоюродная сестра. Каждый “выход в свет” – прогуляться по центру и зайти в пару клубов или просто поехать по магазинам – сопровождался долгими сборами. Мы вытягивали друг дружке волосы утюжком, следили, чтобы помады не совпадали, а в итоге красились одной. Делились тенями и не делились тушью. Однажды сестра накрасила меня “на выход”, посмотрела и озвучила: “Ходи так всегда”. – “Так что, два часа тратить с утра?” – ужаснулась я. “Ну да, ведь тебе так красиво”.

На самом деле на утренний мейк закладывалось полчаса. На вечерний – два или три. Косметика, которая лежала в сумке, достойна чемоданчика профессиональных визажистов. И не дай бог забыть дома тушь – не оставайся ночевать нигде, что бы ни случилось. Ведь утром будет нечем накраситься.

Краситься – в этом был заложен целый пласт культуры для нас 17-18-летних. Когда начинать пользоваться тонаком, а когда еще и пудры хватает. Переход от лица к шее, если тон слишком темный. Блеск, к которому липнут волосы, если накрасить губы, и деньги, если положить открытым в сумочку. Дешевая и дорогая косметика, походы в туалет “припудрить носик” (как в кино), журналы с мейком на пять минут и на полчаса, видеоуроки и советы – обязательно выбросить просроченное и купить новое.

В детстве мама хранила две палетки – Lancome и Ruby Rose. Ни дорогая, ни дешевая не выбрасывались годами, хотя, казалось, ими и не пользовались. Любая косметика обречена на раннюю погибель, мало кто из моих знакомых вымазывал коробочки и тюбики до конца.

Наряду с каблуками и юбками это была девочковая инициация, и длилась она долго. Лет до 25 я не смела прийти на работу ненакрашенной. Коллеги умудрялись сделать замечание девушке без помады (тускленько) и без консилера (плохо выглядит, заболела). Если доехала до офиса без макияжа, у тебя есть 10 минут в уборной. “Тебе так гораздо лучше, – сказала мне сотрудница соседнего отдела, – всегда крась ресницы”. Серьезно? А то совсем плохо было?

Косметика была и фетишем, и проводником во взрослый мир с моих 15-ти. С макияжем связаны смешные и грустные истории, это входило в привычку, а потом разонравилось. В какой-то момент я поняла, что больше не могу и не должна. О боги, я и вправду могу не краситься. Вообще.

Сначала я категорично забросила косметику и вместе с ней юбки-карандаши и каблуки. В гардеробе появились черные майки, джинсы и кроссовки. Потом пришло понимание удобства – мне и правда комфортно. Утром можно дольше поспать, вечером не нужно смывать водостойкую тушь и десятый спонж тратить на яркую помаду. Привычка делить все на черное и белое не позволяла мне купить новые румяна и открыть еще неплохие тени. Но были вечеринки и фотосеты, была необходимость (зимой без тонального крема моей коже приходится нелегко) и было просто желание накраситься. Только спустя несколько лет после осознанного отказа от косметики на каждый день я поняла, что мне действительно нужно.

Сейчас, когда кто-то из знакомых кокетничает, словно не разбирается в дневных кремах, я не удивляюсь. Теперь в моей жизни больше людей с разным опытом, и есть девушки, которые не красились всю жизнь и не покупали ночные сыворотки. Иногда слышится: “Ой, а что в 30 уже надо?” – и я с грустью вспоминаю, что с назначением кремов разобралась еще в школе. С вечно проблемной и жирной кожей попробуй не разобраться.

Декоративная косметика перестала быть единственно доступным инструментом уверенности. У нас есть корейские маски, лазерная эпиляция, наращивание ресниц и уколы, гель-лак для ногтей и просто возможность быть собой без всего этого. У нас же 18-летних не было такого арсенала.

Правда в том, что в 30 после пары бокалов на тебя из зеркала смотрит слегка опухшая барышня с серым цветом лица. Ты понимаешь, что никакая косметика не поможет это скрыть. Нужно больше спать и меньше нервничать, делать то, что нравится тебе и твоему телу, а не бежать за каталогом Oriflame в поисках синей туши или липкого блеска. Начинаешь понимать, какая еда подходит именно тебе, сколько алкоголя поместится без последствий (спойлер – мало), почему лучшая тушь смывается водой и что патчи под глаза совсем не помогают. Эксперименты? Спасибо, мы уже успели. Хотя смываемые краски для волос вроде ничего.

Читайте нас в Telegram-каналі, у Facebook та Instagram

Ми залишаємося незалежним та чесним жіночим виданням вже 7 років. На відміну від багатьох жіночих сайтів ми прагнемо відверто говорити про жінок та надати платформу для різноманітних голосів, які розповідають про справжнє життя, реальні проблеми жінок, їхні потреби, страхи, надії, про їхній досвід, успіх та досягнення. Кожна з нас заслуговує бути почутою. Кожна з нас може бути прикладом та натхненням для інших. Кожен, великий чи невеликий, внесок неймовірно цінний — він має важливе значення для захисту нашої редакторської незалежності та існування цього проєкту. Підтримайте The Devochki — від 50 гривень. Дякуємо!