Когда рак приходит в твою семью

від | Лют 8, 2019 | Дівчина говорить, Здоров'я

Слово, от которого у многих замирает все внутри. Слово, которое многие приравнивают к смерти. Мы стараемся избегать его в разговорах и быстрее пролистываем ленту, если вдруг оно попадается на глаза. Все ужасы и страхи кажутся далекими, пока рак не приходит к твоим близким, и оставаться равнодушным уже не получится.
В мою семью рак приходил дважды: семь лет назад у бабушки обнаружили лимфому (увеличение лимфоузлов и поражение внутренних органов, в которых бесконтрольно накапливаются «опухолевые» лимфоциты) в ноге, а этой осенью у моего отчима нашли рак горла.
В первый раз мне было около 20 лет, и я не помню подробностей лечения бабушки. Скорее всего, меня пытались оградить от переживаний и стресса, зная, что я слишком восприимчива в этом плане. Поэтому я не видела бабушку в моменты тяжелых состояний. Она лечилась в Киеве химиотерапией, которую очень сложно переносила. До сих пор она считает, что спасла ее песня, которую специально написали мои преподаватели, а я спела.
Я до сих пор боюсь ночных звонков и никогда не выключаю телефон перед сном.
Историю с болезнью отчима я переношу совсем по-другому. Участвую во многих процессах, переживаю всем сердцем и вижу все собственными глазами – никто от меня уже ничего не скрывает.
Когда в семье случается онкология, жизнь перестает быть прежней, меняются приоритеты, ценности и планы. Иначе никак. Учитывая, что большую часть лечения отчим проходил в Германии, мне пришлось оставить свои дела в Киеве и быть там с ним рядом до операции и после. За месяц я провела в Украине всего четыре дня и пыталась успеть по максимуму решить личные и рабочие вопросы. Я работаю на фрилансе, но у меня просто не было сил и энергии что-то делать.
Решила не рассказывать публично, что происходит и почему я так долго нахожусь за границей. Многие думали, что просто путешествую, единицы знали правду, а остальным вообще все равно, и это нормально. Я решила продолжать свою онлайн-жизнь интересными интервью, рассказами о ресторанах, фото, где я беззаботно улыбаюсь, но, когда было очень тяжело, просто молчала.
Первые мысли и эмоции, когда диагноз подтвердился и нужно было действовать, – злость, неприятие и много вопросов без ответа: «Почему именно сейчас?» Со временем я смирилась и просто приняла все происходящее как есть.
Больные раком часто говорят, что скоро умрут. Им тяжело, у них еще больше вопросов и неприятия, чем у нас с вами. В такие моменты хочется поддержать и сказать что-то действительно ценное. Я не знала, что говорить. Знала, что нельзя жалеть и страдать вместе. Поэтому пыталась рассказывать истории других людей, вселять надежду на лучшее и планировать совместное будущее. Бабушку и отчима я «кормлю завтраками» о своей свадьбе, которая все никак не наступает. Отчим недавно спросил в шутку: «Ты просила меня выжить, чтобы присутствовать на твоей свадьбе. Я жив, и где же свадьба?»
Больному очень тяжело. И представьте, какой стресс обрушивается на жизнь близких. Особенно тех, кто переживает все лечение вместе с больным, находясь все время рядом. Большую часть дня я проводила в больнице, и, как только переступала порог, сразу пропадал аппетит, начинало тошнить, болели все слабые места в теле. Ночью я не могла нормально спать, просыпалась каждый час или вовсе не спала с 4 утра, например. В такой ситуации очень рекомендуют отвлекаться, выходить на улицу гулять, встречаться со знакомыми и друзьями – это правда немного помогает.
Самым сложным для меня оказалось посещение реанимации. В Украине туда не пускают родственников, а немцы разрешили нам сидеть в верхней одежде и без бахил в палате интенсивной терапии рядом с кроватью отчима. Когда нужно было уходить, потому что наступила уже почти глубокая ночь и у медперсонала была пересменка, нас вежливо спросили, когда мы планируем идти спать, но никто не кричал и не выгонял нас.
В общей сложности мы с мамой провели рядом с отчимом в реанимации семь часов. И это самые тяжелые часы в моей жизни. В палате лежат четыре человека: кто-то стонет и кричит от боли, кто-то в коме, у кого-то постоянно пищат датчики. А ты ничего не понимаешь, смотришь на своего близкого человека и не знаешь, как ему помочь.
Было страшно. Я не могла сидеть на месте и стояла или выходила в коридор отвлечься хоть на пару минут. Я забыла про пить и есть. От нервов отекли ноги, дали о себе знать старые растяжения и глазам сложно давался фокус. Хотелось скорее уйти и лечь в свою кровать. Хотелось, чтоб это закончилось и всем стало лучше.
Не знаю, хорошо это или плохо – пускать к пациентам в реанимацию родственников на длительное время.
Граждане Германии лежат в больнице по страховке, лечение им обходится бесплатно. Наши же соотечественники собирают деньги по всем социальным сетям, берут кредиты, одалживают у знакомых, продают машину или квартиру, как сделали мы. Только персонал не в курсе, частный вы пациент или по страховке. Соответственно, они не понимают, что вам важен каждый день и хочется знать, когда выписка, потому что деньги-то капают.
Конечно, отношение и само лечение отличаются от нашего. Когда заходишь в Институт Рака в Киеве, то хочется сразу умереть, даже если не болеешь. В Германии улыбаются, шутят, спрашивают, как дела, и никогда не говорят о смерти. Я уверена, что такое позитивное окружение также помогает выздоровлению.
Еще я считаю, что больному раком обязательно нужен психолог. В Киеве есть онкопсихологи, которые работают и с самим больным, и с членами семьи. В Германии психолог работает при больнице и приходит к каждому пациенту раз в неделю. Единственное неудобство – общение только на английском или немецком, а в таких вопросах даже мелкое недопонимание может помешать процессу.
Для себя решила, что обойдусь без психолога и смогу справиться со всем сама. Но по возвращении в Киев поняла, что ошибалась, и быстро нашла специалиста, который мне поможет выйти из стресса с минимальными потерями.
Рак в семье – это действительно тяжело и больно на всех уровнях и во всех сферах. Если у вашей подруги, друга или знакомых случилась такая беда в семье, и вы хотите помочь, то не задавайте вопросов, а зовите на прогулки, в кино, на концерты, шутите и просто будьте рядом. Ну и еще можно молча дать денег, сколько соберете. Поверьте, тут любые 100 гривен не будут лишними. И не обращайте внимания, если от них будут отказываться или говорить, что они не нужны. Деньги нужны, потому что лечение рака – длительный и очень финансово затратный процесс.

Читайте нас в Telegram-каналі, у Facebook та Instagram

Ми залишаємося незалежним та чесним жіночим виданням вже 7 років. На відміну від багатьох жіночих сайтів ми прагнемо відверто говорити про жінок та надати платформу для різноманітних голосів, які розповідають про справжнє життя, реальні проблеми жінок, їхні потреби, страхи, надії, про їхній досвід, успіх та досягнення. Кожна з нас заслуговує бути почутою. Кожна з нас може бути прикладом та натхненням для інших. Кожен, великий чи невеликий, внесок неймовірно цінний — він має важливе значення для захисту нашої редакторської незалежності та існування цього проєкту. Підтримайте The Devochki — від 50 гривень. Дякуємо!