Когда-то в детском саду воспитательница сказала: «А Лена у нас умеет читать» – и дала мне книгу. «Ну, давай», – вопросительно смотрела группа. Я словно услышала мысли ребят: «Вот выскочка». И не прочла ни слова. «Да ничего она не умеет, – кричали мальчишки, – врет». Лучше уж так, решила я. Лучше пусть думают, что я врушка, но не хвастунья. Читать я умела с трех лет.

Почти всю жизнь я считала, что три года – нормальный возраст, чтобы начать читать. Это не рано и не поздно, а просто нормально. Я осилила все бабушкины запасы детских книг. В пять лет меня записали в детскую библиотеку. В первом классе я была одной из трех девочек, которые уже читали, причем быстро (а это почему-то считалось важным). Три читающих ребенка из 33-х.

Некоторые предметы давались легко. Математика – до появления в программе алгебры я щелкала задачки пачками. География – сложно было не запомнить хотя бы постсоветские страны и столицы, если дедушка – геолог. Он объездил весь Союз и на ночь вместо сказок рассказывал о глубоком Байкале, речках Лене (всегда восхищалась, что моим именем назвали целую реку) и Енисее. О Сейме, который течет в Батурине, о сопках в Сибири, о полевом шпате и угле, о совах и жаворонках.

Да, со мной занимались. В первом классе бабушка сидела за столом, пока я не выполню домашнее задание. Учительница по образованию – она бы не выдержала троек. Я знала названия всех птиц и деревьев. Четыре самых твердых материала – кварц, топаз, корунд, алмаз – отчеканивала наизусть. Понимала, почему горит газ и как электричество проходит по проводам. В конце начальной школы у меня не было троек, а четверки я получала разве что по физкультуре. Но я не очень старалась и не любила сидеть за книгами. Учеба давалась мне легко.

Средняя школа отбила желание учиться. Одноклассники стали жестокими, а я решила быть как все. Не жестокой, нет. Тупой.

Уже после выпускного дедушка вспоминал, как я однажды оправдала свою тройку: «Хорошо учиться – стыдно». Так и было – или стыдно, или напряжно. Подруга, которой все давалось с трудом, психовала: «Я ни черта не понимаю в вашей физике». И закрывала книгу. А я и хотела бы разобраться, но легче было сказать, что тоже не понимаю.

Над некоторыми предметами стоило бы попотеть. Порешать десяток задачек, сходить на дополнительные занятия, спросить у учителя после урока. Но я пошла по легкому пути – забила. Потей я и мучайся, плоды усилий были бы сожраны одноклассниками в ту же минуту. До сих пор помню, как мы с подругой поймали и пытали червяка (совершенно незаслуженно), записывая результаты в рабочую тетрадь по биологии. Потом все было по классике. Я дала списать мальчику, мальчик сдал такую же работу, ему поставили 5, мне – 4. И дописали: «Это ты или Костя так думает?»

Тогда я поняла, что стараний прилагать не буду. Ради себя мне это было не надо, а ради общего блага – нет уж, увольте. Тем более, подкатывающее чувство тошноты и раскалывающаяся голова, которые приходили следом за сложными задачами по физике, были мне не по душе. Как с ними справляться, никто не рассказывал.

В общем, Лена у нас умная, но учиться почему-то не хочет (так говорили учителя).

Хотя на фоне совсем уж отстающих я получила пятерки за выпускные экзамены и даже поступила в вуз. В плохонький такой, но вуз.

И там девочка с района, которая умела открывать пиво об забор и щелкать семки, очень удивилась. Процентов 80 одногруппниц прилежно учились. У них были золотые медали и 95 балов за вступительный, районные олимпиады и грамоты. Они корпели, пыхтели, зубрили, бежали к доске, задавали вопросы, подчеркивали слова в конспекте маркером, в то время как я думала: «Ну офигеть теперь».

И я бы рада была поучиться, но навык напрочь отбился, а элементарных знаний не хватало. Мои 35 баллов за вступительный по химии при наивысших 100 были смехотворны. Поэтому я три раза за первый семестр и два раза за второй сидела на парапете с сигаретой и говорила подруге в трубку: «Ну все, я ухожу из универа».

Потом как-то притерлось. Я научилась ходить на пары (эти ребята не сбегали дружно, как мы с одноклассниками с уроков), решать уравнения и даже защитила диплом на пятерку. Но.

Стоит ли говорить, что школа заложила во мне мощнейшую базу невежества. Стоит ли говорить, что я жалею, что не рассматривала для поступления интересные университеты. Ограничилась узкопрофильным пищевым, который дал непригодные в нынешней профессии знания, немного седых волос и два диплома без отличия.

Когда я попала на первое в жизни групповое тестирование в международную компанию и услышала, как ровесники обсуждают айсек и дороги в Германии, то ждала обеда и хотела провалиться под землю. А когда устроилась на работу в международную компанию, меня ждали удивительные открытия.

И эти открытия и озарения приходят ко мне до сих пор.

Я поняла, что общество состоит из моего 7-А класса. Только ребята выросли, они не говорят «Ничего не понимаю», откладывая книгу. Они, скорее, скажут: «А, я все понял», не копнув глубже. И потом из этих «Я все понял» состоят отделения полиции, наряд которой едет пару часов. И больницы, где секретарь главврача говорит тебе: «А я не знаю, как такое письмо пишется, может, вы напишете?» И есть «Я все понял» продавцы супермаркетов, которые втихушку «перебивают» на продуктах дату изготовления на более позднюю. И те, кто делают тебе операцию, выносят судебный приговор или идут в парламент.

Еще, конечно, я поняла, что порой люди работают по специальности, и специальность эта им очень даже нравится. Что студенты могут собираться в какие-то организации и делать самоуправление, а не только пить коньяк во дворе. Что в школе многие учились прилежно, а потом осознанно выбирали вуз и готовились к экзаменам.

А еще, что за сделанную домашку ты не обязательно получишь по голове и рваную тетрадь, а можешь – пятерку и похвалу. И что знания пригодятся, в каком бы возрасте ты и их ни получил, но те, что в детстве – особенно. А тренд на обучение, на анализ событий и критическую оценку должен быть популярен еще долгие десятилетия, чтобы хоть что-то изменилось. В стране и в мире.

И еще я поняла, что читать в три года умеют не все, а очень немногие.

Читайте нас в Telegram-каналі, у Facebook та Instagram

Ми залишаємося незалежним та чесним жіночим виданням вже 7 років. На відміну від багатьох жіночих сайтів ми прагнемо відверто говорити про жінок та надати платформу для різноманітних голосів, які розповідають про справжнє життя, реальні проблеми жінок, їхні потреби, страхи, надії, про їхній досвід, успіх та досягнення. Кожна з нас заслуговує бути почутою. Кожна з нас може бути прикладом та натхненням для інших. Кожен, великий чи невеликий, внесок неймовірно цінний — він має важливе значення для захисту нашої редакторської незалежності та існування цього проєкту. Підтримайте The Devochki — від 50 гривень. Дякуємо!