#моясевернаяафрика: Как это – поехать волонтеркой в Африку в 19 лет

від | Жов 18, 2018 | Дівчина говорить, Подорожі

Сидя на балконе своей афинской квартиры, я бездумно скролила сотни писем спама. Позади были полгода учебы в Греции, разочарование в юрфаке и сомнительное будущее. Через месяц – возвращение в Киев и полная растерянность. Ни место, ни время не казались «правильными», но за секунду я поняла, что это “оно”. Спасательная шлюпка и поворотный момент.
Рассылка молодежной организации AIESEC, которая занимается волонтерскими программами по всему миру, призывала поехать в Тунис в качестве маркетинг-тренера общественной организации. Обещали предоставить жилье, кормить раз в день, 30 часов работы в неделю и культурную программу. С меня причитались: энтузиазм, билеты до места назначения и взнос на развитие локального комитета организации в размере 150 евро. Импульсивно заполнила анкету, вспомнив весь свой студенческий опыт в общественной деятельности и коммуникациях. На следующий день прошла собеседование онлайн и была одобрена. Я и волонтерская программа в Северной Африке. Не верится.
Оставалось обсудить новость с семьей. Репутация взбалмошной авантюристки смягчила удар, но идея в 19 лет поехать волонтером в арабскую страну в Африке на полтора месяца прозвучала для парня и мамы сомнительно. До сих пор не знаю, как они согласились, но по итогу дали добро, оплатили и поддерживали на всем пути.

Дома из песчаника и финики на завтрак

Тунис стал моей первой страной вне европейского континента. Шестнадцать часов перелета, остановки в Праге и Риме. Неприветливые пограничники с ужасным акцентом и горячая волна, которая обдает жаром с головы до ног сразу у трапа. В аэропорту меня встретил представитель AIESEC и сопроводил до портового города Сфакс в пяти часах езды. Место, куда не ступала нога туриста: промышленный, консервативный и местами небезопасный город. Все это я узнала уже по приезде.
Невысокие дома из песчаника, пыль и зной. Температура в тени +30 и до ужаса острая, дешевая и вкусная еда. Курят повсюду: в машинах, кафе, квартирах. Изобилие орехов и благовоний. Внешний антураж впечатлял меня своим колоритом и абсолютной несхожестью с местами, где я бывала раньше.
День начинался с шумных разговоров на кухне – моих соседок, приехавших на программу из Алжира и отличающихся звонкими голосами и привычкой по утрам заваривать традиционный чай с мятой и специями. Они всегда оставляли немного для меня в заварнике. Жизнь с ними была громкой, но очень интересной и вкусной. Чего стоит один их алжирский кус-кус!
Каждое утро я завтракала финиками и домашним йогуртом. Ничего аппетитней, наверное, никогда не пробовала.
Рабочий день начинался около 10:00, поскольку в Тунисе временные рамки очень размыты и люди вопиюще не пунктуальны. Мне повезло с программой – волонтерство состояло из ежедневных встреч на несколько часов с выпускниками школы и членами организации. Мы практиковали английский язык, я рассказывала о путешествиях, учебе и Украине. Они приносили мне лакомства национальной кухни и заваливали вопросами о жизни в Европе.

В обед я встречалась с друзьями в кофейне, где, мне кажется, тунисцы проводят треть жизни, не меньше. Завела очень много знакомств вне организации и работы.
В нетуристическом городе Сфакс европейка, да еще и украинка – в диковинку. Я вызывала неподдельный интерес, и многие семьи приглашали к себе на ужин. Так и проходили мои вечера: в кругу тунисских семейств, со столами, полными угощениями местной кухни, за разговорами о культуре и традициях. В Тунисе я пристрастилась к кальяну – это основное развлечение молодежи наряду с посиделками в кафе. В кальяне максимум три вкуса: яблоко, виноград и мята. И это лучшее, что я пробовала в жизни за $2.
Однажды меня пригласили на свадьбу. Друзья хотели показать свои традиции, а мне не терпелось попробовать и увидеть все: я участвовала в праздновании на протяжении всех трех дней, пошла в хамам и нанесла метки на ладони «ханна» – примета для скорейшего замужества. Перепробовала все сладости, какие смогла найти на праздничном столе, а мама невесты научила меня нескольким движениям тунисских танцев, хотя она ни слова не знала на английском. Это был яркий и веселый праздник без капли алкоголя.

Режим сильной и независимой OFF

Тунис считается одной из самых прогрессивных стран арабского мира, но все равно истории о девушках, которые бросают школу, университет и уж тем более работу ради замужества, – это норма. А моя самостоятельная жизнь вдали от родителей и десятки путешествий в 19 лет часто вызывали полное недоумение.
У меня самой абсолютный диссонанс вызвали “кафе для мужчин” – историческая особенность со времен, когда женщины не проводили досуг в публичных местах и главным заседателями кафе были мужчины. Времена изменились, а традиции нет. Первые две недели я по незнанию ходила именно туда: близко к дому, дешевый кофе, одно из тысячи кафе, встречающихся здесь на каждом шагу. Однажды проходивший мимо местный коллега обнаружил меня там и настоятельно порекомендовал сменить локацию. Намерения «просто выпить кофе» тут могут быть истолкованы как поиск внимания мужчин.
Для девушек всегда открыты двери так называемых mixte – совместных кафе для женщин и мужчин. Внутренняя бунтарка подначивала наплевать на несуразные по нашим меркам правила, но пришло осознание, что я лишь гостья в стране с другой культурой. Не мне менять эти столетние правила, остается проявить уважение.

В особо жаркие дни я носила шорты. Вполне приличные для Европы они вызывали резонанс в Тунисе: прохожие могли фотографировать, а машины настойчиво сигналили мне вслед. Здесь так не принято. Как и не принято парам публично выражать свои чувства на людях. За поцелуй в общественном месте можно угодить в тюрьму на пару суток, а снять номер в отеле тунисская пара может только по предъявлению свидетельства о браке. Как-то мы шли с друзьями – местной парой, он обнимал ее за плечи, и проходящий мимо полицейский сделал ему замечание. К туристам, конечно, отношение лояльнее.
Для девушки в Тунисе существует риск стать объектом повышенного внимания. Меня волновал вопрос безопасности. «Тебя здесь никогда не тронут», – уверяли местные, и это оказалось правдой. Хотя несколько раз, возвращаясь домой поздним вечером, я замечала машины, едущие за мной до самого дома, слышала неприличные возгласы. Было очень страшно, но все обошлось.
В Тунис я приехала не с целью обустроить личную жизнь, а для того, чтобы поработать и посмотреть на жизнь в другой стране. Но за шесть недель я получила восемь предложений выйти замуж – были и в шутку, и не очень. Украинских и других «европейских» женщин одни воспринимают как эталон красоты, другие – как счастливый билет и шанс уехать в Европу.
К женской работе и самореализации отношение снисходительное. Хочешь – пожалуйста. Но в какой-то момент ты должна сделать выбор в пользу семьи и детей. Речь не идет о  принуждении, ведь для большинства местных девушек замужество и семейное благополучие – жизненная цель и критерий успеха. Многие тунисцы и мои коллеги из Алжира не понимали моих размытых представлений о замужестве и фраз “однажды, потом, как сделаю карьеру”. Как и привычку самой решать свои проблемы. Разрешение трудностей в жизни арабской женщины начинается со звонка мужу, брату, отцу. Совсем не как у нас: решить, всем дать задания и позвонить маме за советом насчет дальнейшего плана действий.

Мусульманки без паранджи и 4G-покрытие

Западные СМИ и общество наводнены стереотипами об Африке, арабских странах и мусульманстве. Мои друзья и родственники отзывались о Тунисе как о бедной стране, где верблюдов используют вместо машин. Но подобное восприятие ошибочно.
Тунисцы яро осуждают тех, кто искаженно трактует священные мусульманские постулаты в своих целях, во имя воен. Не все женщины здесь носят паранджу, в Тунисе их даже меньшинство. Многие молодые люди считают это архаизмом и пережитком прошлого, как и воздержание от секса до свадьбы.
Покрытие 4G по всему Тунису значительно лучше, чем в Киеве. Люди гостеприимные и весьма толерантные. Ни осуждения, ни притеснений на почве религиозных или национальных отличий я не встретила. Распространено убеждение: свои правила для своих, остальные пусть живут, как им вздумается, но уважают общественный порядок.
Вышеупомянутые девушки из Алжира поразили меня рассказами о своей стране. Две из них носили паранджу, свято верили в институт брака. Семья одной алжирки даже разработала легенду, что она поехала на эту программу с братом, чтобы не навлечь осуждение общественности. Иначе как это: девушка, одна, поехала в другую страну? В то же время моя подруга из другого алжирского города мечтает стать доктором и со своим безукоризненным французским планирует переехать в Париж.

Вместо вывода


Об уровне достатка в странах Северной Африки зачастую судят не по одежде или машинам. Отсутствие акцента во французском, хорошее образование и возможность посетить другие страны выдают обеспеченность семьи. Эта часть населения обладает самыми прогрессивными взглядами: они видели мир, имеют широкий кругозор и их образованность выходит далеко за рамки религиозных познаний. Общаться с такими людьми легко, и всегда находятся общие точки соприкосновения, несмотря на разные культуры.
Жизнь в такой непохожей на твою стране учит принятию не только различных взглядов, но и себя. Быстро овладеваешь языками, ведь на английском почти никто не говорит, а на курсы французского я так и не пошла. Лучше осознаешь свою идентичности и начинаешь как никогда ценить ощущение дома.
Мои впечатления – это абсолютное обобщение, но редкие исключения, которые встречались во время моего тунисского опыта, лишь подтверждали правила. Если чувствуете, что пора что-то менять, открывать новый мир и себя в нем и наконец побывать в Африке – заполняйте анкету. Пока не передумали.

Читайте нас в Telegram-каналі, у Facebook та Instagram

Ми залишаємося незалежним та чесним жіночим виданням вже 7 років. На відміну від багатьох жіночих сайтів ми прагнемо відверто говорити про жінок та надати платформу для різноманітних голосів, які розповідають про справжнє життя, реальні проблеми жінок, їхні потреби, страхи, надії, про їхній досвід, успіх та досягнення. Кожна з нас заслуговує бути почутою. Кожна з нас може бути прикладом та натхненням для інших. Кожен, великий чи невеликий, внесок неймовірно цінний — він має важливе значення для захисту нашої редакторської незалежності та існування цього проєкту. Підтримайте The Devochki — від 50 гривень. Дякуємо!