Радости жизни без бюстгальтера

від | Лис 2, 2017 | Дівчина говорить

Вечный спор – носить или не носить – обретает новые доводы в пользу свободы груди и отказа от обязательного ношения бюстгальтера в колонке писательницы и редактора Guernica Хиллари Бренхаус, опубликованной в издании The New Yorker.

Однажды утром во время совместного путешествия в Священную долину Перу моя подруга Луиза спросила, почему я надела лифчик. Мы стояли на кухне арендованной квартиры и заваривали чай. У меня под футболкой был бюстгальтер с регулируемыми ремешками, плотно натянутыми над двумя объемными чашками размера DDD (Размер Е в британской и европейской классификации, известный также как 6-й размер – прим. The Devochki). Луиза была в бесформенной серой футболке, а под ней – ничего. «Потому что мне приходится, – ответила я с улыбкой, удивляясь, что она в принципе считает это вопросом выбора. – У меня большие сиськи!» Луиза сказала: «У меня тоже». Затем подняла футболку и подтвердила свои слова: ее грудь была огромной, возвышалась, как два светлых буя. Я никогда не замечала этого.

Я начала носить лифчик в 1997 году, в возрасте двенадцати лет. Это был простой тренировочный бюстгальтер: полоска розового нейлона предназначалась для защиты моей только наметившейся груди от слоя одежды. Или, возможно, для защиты от девочки, моей соседки в школьном автобусе, гадавшей вслух по еле заметному контуру сосков, где же мой бюстгальтер. Такого позора я не ощущала с тех пор, как писалась в постель. Что тут скажешь?

Я перестала носить бюстгальтер семнадцать месяцев назад в поездке по Южной Америке, хотя вначале иногда возникали сомнения и «срывы», особенно в полупрозрачной одежде где-нибудь на пороге против света. Теперь я не ношу его вовсе. Причина в том, что я попробовала, и мне понравилось. Это не было политическим решением, конечно, если не считать, что все, что делает женщина со своим телом, не позволяя кому-то другому диктовать, что с ним делать, – всегда политическая позиция.

В интернете я обнаружила, что за последние несколько лет многие женщины стали поступать так же. Существует целый канал на YouTube под названием «Почему я не ношу бюстгальтер», на котором миллениалы перечисляют свои мотивы; многие из них приводят результаты исследования в Безансоне (Франция), опубликованного в 2013 году. В нем говорится, что отказ от бюстгальтера у молодых женщин может привести к увеличению производства коллагена и укреплению тканей груди (т. е. большей упругости). Недавно я перечитала десятки статей о Кендалл Дженнер и Рианне, чья нелюбовь к бюстгальтерам не выходит из фокуса развлекательных изданий в последние годы. Тренд положил начало многочисленным публикациям и историям в стиле «Я не носила лифчик в течение недели, и вот что произошло!» (Ничего. Ничего не произошло.)

Никто не назовет мою объемную пышную грудь стильной и модной. Никто не скажет: «Тебе так повезло, что не нужно носить лифчик!» – то, что я старательно сообщала женщинам с маленькой грудью всю свою взрослую жизнь. Люди, созерцающие мой бюст (и их довольно много), обычно приходят к выводу, что я хиппи или злобная феминистка, или и то, и другое одновременно. Я могла бы сжечь бюстгальтеры, а не аккуратно сложить их в ящик комода, и они вполне приняли бы эту версию. Возможно, это даже принесло бы им облегчение и стало доказательством того, что этот путь не для них или их подруг, а для сердитых богемных дам. Конечно, встречаются и мужчины, и женщины, выражающие свое недовольство, а также уникальная категория – моя отчаявшаяся мать, которая считает себя живущей в седьмом круге ада дочерней непристойности.

Бюстгальтер получил широкое распространение в Америке во время Первой мировой войны, отчасти потому, что металл, ранее используемый для изготовления корсетов, понадобился для производства боеприпасов. Этот продукт, как и любой другой, возник из-за предполагаемой необходимости, а также в попытке создать необходимость там, где ее нет или очень мало. Как и многие разговоры, касающиеся вещей, которые носят женщины, тема бюстгальтеров имеет тенденцию быть полезной и касающейся личного комфорта до тех пор, пока кто-то из нас не заявит, что не находит этот предмет полезным или удобным. Затем разговор переходит к вопросам приличия. Общее мнение сводится к тому, что если бюстгальтер не функционален, то, по крайней мере, он уместен, и особенно без вариантов или выбора, если ваша грудь большая. То же мышление диктует, что ваше личное решение (даже если никакого специального решения не было) – в лучшем случае попытка заявить о себе и, возможно, вы попытаетесь выкинуть что-то похлеще.

Я всегда интересовалась стигмой, связанной с отказом от бюстгальтера. Неужели проблема в том, что пышногрудая женщина и раскачивающиеся соски – это слишком сексуально? Или дело в том, что она недостаточно сексуальна: незафиксированная грудь, вопиюще неидеально круглой формы, свободно висящая, разного размера? Я подозреваю, что дело в общепринятых канонах сексуальности, значит, отклонение от них не проходит. Женщина без бюстгальтера не борется отчаянно с гравитацией. Такая женщина – плохой потребитель. Часть правильной сексуальности состоит в том, чтобы хотеть быть сексуальным по правилам, покупая вещи, подгоняя себя под каноны.

На днях я пересмотрела эпизод «Сайнфелд» (Американский телесериал в жанре комедии положений, транслировавшийся по NBC с 5 июля 1989 года по 14 мая 1998 года, был одним из самых необычных ситкомов своего времени – прим. The Devochki), в котором Элейн натыкается на давнюю школьную подругу Сью Эллен Мишке и говорит: «Посмотрите только – чудо без лифчика. Что она себе возомнила? Она полностью вышла из-под контроля». Впоследствии Элейн покупает Сью Эллен белоснежный бюстгальтер, который женщина надевает на голое тело под открытый блейзер; Крамер, увидев Сью Эллен на улице, разбивает машину, а затем подает на нее в суд за убытки. Другими словами, нас назовут опасными без бюстгальтера и не менее опасными – в нем. Но мы сами вкладываем в предметы их символическую силу. Мы решаем, являются ли вещи, которые мы носим или снимаем, навязыванием или освобождением, или вообще ничем особенным. Нет никакого заговора в наших решениях «без причины», которые на самом деле являются решениями, основанными на наших предпочтениях, прихотях и часто на нашем комфорте или удовольствии – это «тихий» феминизм повседневного выбора.

Мне нравится чувствовать голой кожей разную одежду: шелковые рубашки, толстые свитера и узорчатые блузки из шкафа моей бабушки. Мне нравится, как мои груди звучат, ударяясь о грудную клетку, когда я бегу вниз по лестнице – будто кто-то вежливо хлопает в ладоши за представление, которое ему не особенно понравилось. Мне нравится, насколько непритязательными они могут быть, когда не подняты до горла и не зафиксированы там. Мне нравится их истинная форма, мягкие пики и полнота всей массы. Мне нравится чувствовать их вес так же, как и любую другую часть тела. Теперь в бюстгальтере я чувствую себя так, если бы носила в специальном наплечнике травмированную руку. А самое главное – я совсем не скучаю по магазину на Верхнем Уэст-Сайде для грудастых женщин, из которого раньше выходила победневшая с кучей огромных бюстгальтеров. Когда я киваю энергично, мои сиськи кивают, соглашаясь. Когда я машу кому-то в толпе, они машут со мной. Они покачиваются и подпрыгивают, они собирают лужицы пота, которые текут к моему пупку. Двигаясь по жизни, даже при малейшем жесте они всегда есть часть меня, которая танцует.

Читайте нас в Telegram-каналі, у Facebook та Instagram

Ми залишаємося незалежним та чесним жіночим виданням вже 7 років. На відміну від багатьох жіночих сайтів ми прагнемо відверто говорити про жінок та надати платформу для різноманітних голосів, які розповідають про справжнє життя, реальні проблеми жінок, їхні потреби, страхи, надії, про їхній досвід, успіх та досягнення. Кожна з нас заслуговує бути почутою. Кожна з нас може бути прикладом та натхненням для інших. Кожен, великий чи невеликий, внесок неймовірно цінний — він має важливе значення для захисту нашої редакторської незалежності та існування цього проєкту. Підтримайте The Devochki — від 50 гривень. Дякуємо!