Почему нам не нужно переставать "множить гендерные идентичности"

від | Кві 4, 2017 | Без категорії

Чем популярнее становится феминизм и вообще идея, что гендер не равен полу, тем чаще поднимается вопрос небинарных (“ощущаю себя не женщиной и не мужчиной”) гендерных идентичностей. При этом возникает путаница между гендерной идентичностью и собственно гендером, между загадочным словом «квир» и новым нормированием и, наконец, между глобальными идеями и самоощущением конкретных живых людей.

Так, недавно один ЛГБТ-френдли интернет-ресурс опубликовал перевод эссе о том, что надо “перестать множить гендерные идентичности” – будто это вопрос чьих-то сознательных действий. Впрочем, небинарные люди тоже ответственны в происходящем – вышеупомянутой неразберихи не избегают в объяснениях даже они сами.

Почему нам не нужно переставать "множить гендерные идентичности", The Devochki

Первое, что стоит понимать: неважно, мешает или помогает феминизму или другим движениям идея существования людей с небинарной идентичностью, мы существуем, и мы не то же самое, что фемининные мужчины и маскулинные женщины.

На этом месте традиционно упоминают общества с традиционным третьим гендером. Но все они достаточно далеки от нашего, поэтому предлагаю искать исторические прецеденты поближе. И не только среди тех, кто открыто не хотел жить по гендерным нормам своего времени и был в этом успешен, но и среди скопцов, отшельников, “деревенских дурачков”, “городских сумасшедших”, истерических пациенток Шарко, в общем, всех, кто “не вписывался” настолько, что бороться или просто смириться не было выходом.

Гендерные нормы, особенно женские, не всем приятны как таковые. Но одно дело, когда в награду за их усвоение получаешь хотя бы подтверждение своего пола. Например: “я выдерживаю неудобную одежду и сальные взгляды – значит, я настоящая женщина” (разумеется, против этой привязки можно бунтовать). Но бывает совсем наоборот: “меня кто-то считает настоящей женщиной, и это само по себе доводит до отчаяния”. Совсем плохо для психического здоровья и адаптации то, что никто не говорит о похожих ощущениях у других. Зато люди могут проявлять агрессию или насиловать, чтобы “выбить дурь”. Это уж запросто.

Мы существуем, и мы не то же самое, что фемининные мужчины и маскулинные женщины.

Естественно, не все небинарные доходят до социального самоубийства. В разные времена существовали люди с достаточно слабой гендерной дисфорией, что позволяло им адаптироваться без помощи телесных модификаций, не уходя в физическую изоляцию или психоз. Я само отношусь к таким. Хотя затрудняюсь сказать, удалась бы мне адаптация, если бы у меня не было возможности хоть иногда сознательно самопрезентоваться.

Почему нам не нужно переставать "множить гендерные идентичности", The Devochki

Это подводит нас ко второй важной мысли: какими бы дурацкими ни казались все эти списки существующих идентичностей, лучше сомнительная информация, чем никакой.

Помню, как в 17 лет прочло в сети, что помимо женщин и мужчин, существуют некие “андрогины”. При всех претензиях, которые можно предъявить такой классификации, это было лучше, чем ничего. Позже, узнав об агендерах (люди без гендерной идентичности – прим. The Devochki), бигендерах и еще множество страшных слов, я изрядно запуталось и потратило немало времени, ища среди них подходящее мне. Сейчас я оставило этот вопрос и считаю систему обозначений гендерных идентичностей переусложненной, не говоря уже о том, что многие обозначения не переводятся ни на русский, ни на украинский, например, demigirl (гендерная идентичность, при которой субъект частично идентифицирует себя женщиной, независимо от пола рождения; при этом необязательно, чтобы в оставшейся части демигерл идентифицировала себя другим гендером или противоположным полом – прим. The Devochki). Однако каждое из этих слов появилось потому, что кто-то счел его подходящим для себя. И, повторюсь, лучше на какое-то время запутаться в избыточной массе наименований, чем жить в информационном вакууме. Я его застало и могу сравнивать.

В русскоязычных дискуссиях я давно не встречало никого, кто называл бы себя, например, пангендером (понятие небинарной самоидентификации, при которой субъект ассоциирует себя со множеством гендеров, включая неизвестные современной классификации – прим. The Devochki) или демиагендером (понятие небинарной самоидентификации, при которой субъект ассоциирует себя частично с агендером и каким-то из известных (или неизвестных) гендеров – прим. The Devochki), или отстаивал необходимость знать все эти термины.

Тем, кто еще только ищет себя, позволю дать совет: не тревожьтесь. Примерно половина найденных вами в интернете обозначений имеет смысл только для англоязычных, а другие – возможно, лишь для своих создателей. Никто не станет вас ругать, если вы вообще не определитесь со своим местом в спектре. Наверняка вы и без того в свое время ломали голову над вопросом “мальчик я или девочка”.

Так что же, спросит читатель, все это – вопрос психологического комфорта и выживания отдельных людей, а не конец гендеру? Мое мнение: да, мы своим существованием вовсе не “разрушаем гендер”, и мы вовсе не обязаны это делать.

Лучше на какое-то время запутаться в избыточной массе наименований, чем жить в информационном вакууме.

Поясню одну распространенную терминологическую ошибку. Людей небинарных гендерных идентичностей часто отождествляют с понятием “квир”, смысл которого в вечной невписываемости, неудобстве и, по большому счету, неопределимости. Мечта приверженцев квира – разрушить гендерную и сексуальную иерархию (а иногда и не только их). Естественно, эта идея притягивает тех, кто не чувствует себя ни мужчиной, ни женщиной. Но как только на сцену выходят классификации, о которых я писало выше, истинно “квирный” смысл меняется на определения, стремление к ясности и нормирование. Как и в любом секторе ЛГБТ+, всегда есть как желающие ломать рамки и рушить системы, так и множество тех, кто хотят быть признанными в качестве варианта нормы. На практике, если человек открыто презентуется как небинарный, то, скорее всего, он колеблется где-то между этими двумя позициями.

Почему нам не нужно переставать "множить гендерные идентичности", The Devochki

На данную неясность опираются и радикальные феминистки, атакуя само понятие гендера со словами “гендер – это спектр” и “гендер больше не имеет смысла”, а на деле гендеров становится миллион или упорно остается два, но никак не выходит ноль. Тем временем, родившихся с вагиной продолжают насиловать вне зависимости от идентичности.

Ответить на это можно только одно: все это никак не доказывает наше несуществование. Мы есть; мы однозначно живем лучше, если признаны; мы подвергаемся дискриминации. Те, кто просто меняет грамматический род в речи, рискуют меньше, чем прибегающие к гормонам и операциям, но быть открытым и полностью избежать неприятностей не дано никому.

Некоторым из нас, как и бинарным трансгендерам, нужен физический переход. Степень гендерной дисфории бывает разной, и немало людей прибегают к радикальным изменениям внешнего вида, а иногда и гениталий. Если ты не цисгендер (человек, чья гендерная самоидентификация совпадает с полом рождения – прим. The Devochki), на тебя в любом случае оказывается давление и в сторону физического перехода, и в сторону отказа от него. При всех вопросах к политической позиции ЛГБТ-активистки Марии Штерн/Серого Фиолетового свой перформанс в “ДНР” оно планировало именно об этом.

Даже если человек заблуждается в своей идентичности, атаки и разоблачения – плохая помощь в понимании того, кто ты есть.

Неправда, что мы кость в горле ЛГБТ. Мы бываем и лесбиянками, и геями, и би, и чем больше информации, тем больше вторых каминг-аутов. Иногда мы делаем физический переход, и тогда относимся к букве Т – транс. Но это печальная история о государстве и контроле. Транссексуалки и транссексуалы вынуждены доказывать свою железную бинарность, чтобы получить новые документы. На отказ можно напороться, если специалистам покажется недостаточно гендерно конформным, например, твой пирсинг. Естественно, людям больно смотреть на “фриков и извращенцев”, с которыми их иногда смешивают. Но это вина не наша, а людей, наделенных властью, преимущественно цисгендерных.

Почему нам не нужно переставать "множить гендерные идентичности", The Devochki

Неправда, что все мы родом с Тамблера и разделяем идеалы феминизма и политкорректности. Неприятно, когда небинарному предъявляют недостаточное соответствие этим идеалам: все уже проходили “добродетель угнетенных”, когда от стигматизированных групп ждут исключительной праведности.

Неправда, что мы просто мальчики/девочки, которые любят/не любят платья и готовить. Очень часто конфликт выглядит строго наоборот: “я люблю платья и готовить, но надо притвориться, что не люблю, иначе никто не поверит, что я не девочка”.

Неправда, что небинарность – подростковое явление. Конечно, 13-17 лет – это возраст активных поисков и самоидентификации, и именно тогда многие объявляют себя агендером, гендерфлюидом (“плавающий” гендер – прим. The Devochki) или кем-либо еще. Много тех, кто давно вырос и нашел работу, а идентичность сохранил. А если не сохранил, всегда остается вопрос: это признание ошибки или просто отмена каминг-аута?

И, наконец, чистая правда, что многие приписывают себе небинарную гендерную идентичность ошибочно и позже возвращаются к цисгендерной самопрезентации. В редких случаях объявляют себя трансгендерными мужчинами или женщинами. В данном случае можно лишь посоветовать людям в поисках себя больше читать о гендере и трансгендерности, а окружающим – быть корректными и, если иначе не получается, держать свое мнение при себе. Даже если вы правы, и данный конкретный человек заблуждается, атаки и разоблачения – плохая помощь в понимании того, кто ты есть.

В статье использована серия портретов небинарных людей канадского фотографа Laurence Philomène.

Читайте нас в Telegram-каналі, у Facebook та Instagram

Ми залишаємося незалежним та чесним жіночим виданням вже 7 років. На відміну від багатьох жіночих сайтів ми прагнемо відверто говорити про жінок та надати платформу для різноманітних голосів, які розповідають про справжнє життя, реальні проблеми жінок, їхні потреби, страхи, надії, про їхній досвід, успіх та досягнення. Кожна з нас заслуговує бути почутою. Кожна з нас може бути прикладом та натхненням для інших. Кожен, великий чи невеликий, внесок неймовірно цінний — він має важливе значення для захисту нашої редакторської незалежності та існування цього проєкту. Підтримайте The Devochki — від 50 гривень. Дякуємо!