Как это – жить с паническими атаками

від | Чер 16, 2016 | Дівчина говорить, Ментальне здоров'я

Помните ощущение, которое возникает при испуге: сердце екает и начинает бешено колотиться, ладошки потеют, ноги становятся ватными, и вы несколько секунд не соображаете, что происходит и где вы? При обычном испуге такое состояние проходит за пару секунд. Еще немного времени может понадобиться, чтобы прийти в себя. Вы все забываете и возвращаетесь к нормальной жизни.

У человека с панической атакой состояние испуга длится не секунды, а порой несколько часов и не забывается потом никогда. Как будто время остановилось, и ты не ощущаешь ничего, кроме дикого страха. Не понимаешь, где ты, и отчаянно хочешь куда-то убежать, хотя ничего страшного не происходит. Ясное дело, однажды испытав такое, ты будешь стараться сделать все возможное, чтобы это не повторилось. И тут начинается ад: из-за боязни повтора приступа ты, чтобы его не допустить, стараешься избегать подобных ситуаций. Например, прекращаешь выходить из дома. Страх перед приступом, кстати, намного неприятнее самой ПА, потому что он не проходит, а становится неотъемлемой частью жизни, как воздух, вода и еда.

Как все началось

Сколько себя помню, я всегда была тревожным, мнительным человеком: в детстве так и не научилась кататься на велосипеде, роликах, плавать – боялась себе навредить. Падала в обморок на прививках и анализах крови, ненавидела ходить в садик и школу, общалась только с небольшой группой друзей и почти никогда не гуляла по вечерам. Мне всегда было комфортно дома, и эту зону комфорта покидать было трудно. Я росла как цветок в горшке, который нельзя выносить на улицу, иначе он пропадет.

Все изменилось с поступлением в университет и появлением первой работы: пришлось намного больше общаться с людьми, жить самостоятельно, менять квартиры, решать проблемы, путешествовать. И я втянулась, забыла о социофобии, наслаждалась жизнью и общением с интересными людьми, строила карьеру и планы, пока в моей жизни одна за другой не случились несколько трагедий. Как оказалось, они вернули меня в состояние детской тревожности и мнительности, но уже в стократном размере.

Первая паническая атака случилась через несколько недель после смерти самого близкого человека. Помню, села в маршрутку, и вдруг у меня закружилась голова, из-за чего я испугалась, что сейчас потеряю сознание. Потерпев какое-то время и безуспешно попытавшись успокоиться, все-таки попросила водителя остановиться и выползла на улицу. Такое странное состояние: тебе кажется, что ты вот-вот потеряешь сознание, что у тебя останавливается сердце и парализует конечности, ты задыхаешься, но на самом деле ничего не происходит – ты продолжаешь дышать, можешь двигать руками, ходить, находишься в сознании. А мозг кричит: «Я умираю!» Тогда я поняла, что чувствуют люди перед смертью: животный страх и дикую обиду, что все будут жить, а тебя сейчас не станет. Не самое приятное ощущение. Так во мне поселился страх внезапной смерти, с которым я не могу справиться до сих пор.

Дядя врач в скорой помощи померил давление, сделал какой-то укол и, пока меня трясло на кушетке, словно под электрошоком, с улыбкой сказал медсестре: «Это уже мой третий вызов на ВСД за неделю». Я тогда еще подумала: «Какого черта ты смеешься, у тебя в машине человек сейчас умрет!» Но конечно, человек не умер, живет до сих пор, пишет этот текст и знает, что ВСД не существует, зато неврозы и нервные расстройства весьма разнообразны.

После этого случая несколько дней я не могла встать с кровати – казалось, что упаду в обморок. О выходе на улицу и речи быть не могло – казалось, что в следующий раз точно умру. Я не зря так часто употребляю слово «казалось», потому что именно это слово характеризует паническую атаку – тебе кажется, что с тобой что-то происходит.

Когда ты считаешь себя взрослым, успешным, социально-активным человеком, обожаешь путешествия и просто много гулять, добровольное заточение в квартире хоть и кажется спасением от панических атак, но очень сильно давит психологически. Я ненавидела себя за то, что не могу поехать на встречу, не могу купить билеты на самолет и улететь в отпуск. Я даже не могла заставить себя сходить к психиатру, хотя ситуация уже становилась критической – по шкале Шихана уровень тревоги доходил до 70, а это, как писал интернет, требует неотложного лечения.

Психдиспансер

Собрав однажды волю в кулак, в полуобморочном состоянии я таки доехала к психиатру и даже высидела очередь из 15 грустных женщин, прокручивая в голове картинки, как я сейчас прямо тут упаду в обморок или начну биться в конвульсиях. Доктор выслушал, посмотрел на меня с сочувствием и выписал три разных транквилизатора, пообещав, что они мигом снимут тревогу и завтра я стану нормальным человеком. Он ни слова не сказал о необходимости еще и психотерапии или о том, что успокоительные только снимают симптомы, но не решают проблему, что лечение займет много месяцев, а не дней. Окрыленная, я вышла из кабинета в уверенности, что завтра у меня начнется нормальная жизнь.

Транквилизаторы я пила уже несколько недель, но результата не было. Панические атаки случались каждый раз, когда мне нужно было выйти из дома, ни о какой спокойной жизни речи не шло. На жалобы о том, что таблетки не помогают, доктор округлял глаза и говорил, мол, не может быть, они должны помочь.

Тревожное расстройство – очень популярное заболевание, им страдает 4% населения планеты, и психиатры по всему миру вообще не считают его серьезной проблемой, ведь прямой угрозы жизни оно не несет. Так, пациенту просто немного неприятно, дискомфортно, и все. «Выпей таблетку, и все пройдет. А когда ПА повторится – снова выпей таблетку». Ни о каких психологических аспектах речь не идет.

Действительно, панические атаки, да и тревожное расстройство в целом, не несут прямой угрозы жизни. Тебе только кажется, что ты умрешь. При ПА прямо сейчас, а в перерывах между ты просто боишься, что очередной такой атаки сердце не выдержит. И начинаешь прислушиваться к каждому изменению в самочувствии, находить симптомы различных заболеваний (при тревожности очень часто появляется нарушение сердечного ритма, боли в желудке, одышка, головокружение и прочее). Прекращаешь есть, потому что в состоянии тревоги кусок в горло не лезет. Потом читаешь где-то, что стресс – главная причина большинства серьезных заболеваний, среди которых рак, инфаркты и инсульты. А ты постоянно живешь в стрессе, и это все-таки может сказаться на здоровье в будущем. Но в общем да, ничего серьезного, тревожное расстройство – это «просто неприятно, и все».

Отрицание

Так как лекарственные препараты не помогали и имели ряд страшных противопоказаний (о которых я прочла в первую очередь), я решила на них забить и попытаться справиться самостоятельно. Заставляла себя выходить на улицу, когда это было необходимо, ездить на встречи в общественном транспорте. Все это с ПА. Всегда. Просто свыклась с мыслью о том, что атаку надо пережить и потом все станет на свои места, – так чаще всего и случается: когда приступ проходит, ты становишься нормальным человеком и тебе даже хочется жить. Главное – забить на страх перед приступом, помнить, что ты не умрешь, и дождаться, когда пройдет приступ. Именно осознание своего состояния и понимание, что это сейчас пройдет, помогает переживать панические атаки немного легче и не впадать в них до потери сознания.

Я стала более активным человеком, вернулась к работе, правда, удаленно, общению с людьми, выходила гулять и за покупками, но тревога не ушла. Глядя на меня, никто из окружающих даже представить себе не мог, какой ад творится у меня внутри и как мне страшно, хотя я улыбаюсь, двигаюсь и поддерживаю разговор. Я просто привыкла жить в ощущении страха и бороться с ним. Но радоваться жизни, хорошей погоде, красивым видам, новым городам и перспективам все еще не могла, потому что все мысли были заняты ожиданием панической атаки.

Через несколько месяцев после начала ПА мне предложили работу мечты с перспективой переехать в Нью-Йорк. Я решила: «Черт с ней, с этой паникой, такую возможность я просто не могу упустить!» – и приняла оффер. Одним из главных условий там был полный рабочий день в офисе. Каждое утро я с огромным трудом и на трясущихся ногах добиралась до офиса. Работу свою выполняла хорошо, но, когда приходило время выходить на обед или возвращаться домой, паника возвращалась. Несколько раз я чуть не упала в обморок в лифте. В таком режиме проработала несколько недель и потом начала искать отговорки, чтобы туда не идти: придумывала простуды, проблемы с сердцем, «положила» себя в больницу и прочее. Не могла же я сказать, что просто боюсь ходить на работу. Что за глупости? О таком вообще никому нельзя говорить, потому что тебя примут за идиотку.

Конечно, такое положение дел не устраивало руководство, и меня уволили. Так я попрощалась с Нью-Йорком и даже была этому рада, потому что уже успела накрутить себя, и одна мысль о переезде на другой континент в такой огромный город начала вызывать панику. Я радовалась тому, что мне больше не нужно каждый день мучиться, и ненавидела себя за эту слабость, за то, что предала свою мечту.

Просидев дома несколько месяцев, я поймала себя на мысли, что мне стало легче: тревожность ушла и ПА давно не было, ведь я все время находилась в своем безопасном месте. Но когда пришлось поехать на встречу, которую нельзя было отменить, паника захватила с такой силой, как будто в первый раз. Я просто забыла это ощущение, забыла, что оно обязательно пройдет, испугалась его и поддалась.

Стало ясно: если дело так пойдет и дальше, все оставшиеся годы я проведу на шестом этаже в трехкомнатной квартире, изредка выходя в супермаркет. При этом я понимала, что мучиться так, как я мучилась в этом офисе, я больше не смогу. Умирать тоже не хотелось. Надо было срочно что-то делать.

Психотерапевт

Тогда я решила больше себя не заставлять, а взять тайм-аут в плане осуществления своих мечт, перестать себя ненавидеть и заняться только восстановлением психического здоровья. Первым делом записалась к психотерапевту (по-нормальному это надо было сделать год назад и в первую очередь). Не скажу, что сразу стало легче, но интереснее – однозначно да. На первом же сеансе она попросила меня завести специальный дневник и записывать в него все, что происходит во время панических атак, так что теперь моя задача состоит не в том, чтобы любыми способами отвлекаться от страха, а в том, чтобы наблюдать за ощущениями и документировать их. Я прямо жду этих атак, погружаюсь в них и стараюсь не упустить ни одного симптома – надо же все правильно записать, чтобы потом разобрать вместе со специалистом и понять, откуда у того или иного ощущения растут ноги. Когда расставляешь все по полочкам, становится спокойнее.

К психиатру я тоже пришла снова, но уже осознавая, что иду не за волшебными пилюлями от тревоги и панических атак, а за лекарством, которое временно поможет мне их легче переживать, пока я борюсь с причиной их возникновения. Я знаю, что таблетки не решат проблему за меня, но они нужны, чтобы справиться со всем быстрее: мне все-таки хочется вновь вернуться к нормальной жизни и поехать в отпуск, например. Пусть и на таблетках, но поехать.

Я уже знаю, что тревожное расстройство не возникло на пустом месте и что я уже раз его поборола, когда поступила в университет. Значит, смогу побороть еще раз. Пусть сейчас все немного сложнее и мне приходится не только заново приучать себя к общению с людьми, но и просто находиться на улице – я смогу это сделать, как и миллионы других людей. И потом стану лучше, потому что все пишут, что, пройдя через все это, люди становятся намного сильнее и увереннее в себе. Я даже понимаю, что, возможно, тревожное расстройство не уйдет до конца, но то, что со мной происходит сейчас, точно не навсегда. Это пройдет. Если я не сдамся.

PS: если близкий человек вам говорит, что ему стало страшно жить, выходить на улицу или ездить в транспорте, не покидает ощущение тревоги – не смейтесь над ним, не говорите, что все будет хорошо, и не просите успокоиться. Скорее всего, он сам не успокоится. Большинство людей с тревожным расстройством так и сидят в своей ракушке и страдают каждый день, думая, что так будет всегда, привыкая к своему страху и живя в аду. Не надо к этому привыкать, тревожное расстройство надо лечить. Это нелегко, но и не так сложно, как кажется на первый взгляд. Главное, чтобы все происходило под присмотром хорошего специалиста, который может объяснить причину. А когда знаешь причину – уже легче решиться на борьбу.

Читайте нас в Telegram-каналі, у Facebook та Instagram

Ми залишаємося незалежним та чесним жіночим виданням вже 7 років. На відміну від багатьох жіночих сайтів ми прагнемо відверто говорити про жінок та надати платформу для різноманітних голосів, які розповідають про справжнє життя, реальні проблеми жінок, їхні потреби, страхи, надії, про їхній досвід, успіх та досягнення. Кожна з нас заслуговує бути почутою. Кожна з нас може бути прикладом та натхненням для інших. Кожен, великий чи невеликий, внесок неймовірно цінний — він має важливе значення для захисту нашої редакторської незалежності та існування цього проєкту. Підтримайте The Devochki — від 50 гривень. Дякуємо!